Юридическая компания "Петролекс"Юридические и деловые услуги
  БИБЛИОТЕКА КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 
библиотека проза поэзия религия наука, образование словари, энциклопедии юмор разное отдохнем от дел Петролекс

Лесков Николай Семенович. Русское тайнобрачие

   ГЛАВА ПЕРВАЯ
   Тайнобрачие в России несомненно существует, и притом в довольно  значительных
размерах. Едва  ли  в  каком-либо  общественном кружке  не  известно  хотя  одно
супружество,   сочетание   которого   не   вполне   законно   или   даже  совсем
противозаконно. А между тем все эти  браки кем-то повенчаны и где-то записаны и
терпятся   «ради   слабости   человеческой»   и   ради  страха суровой строгости
неподатливого закона. Наше положение таково, что мы как бы не можем  обходиться,
не обходя закона. Оттого,  кажется, у нас так  и велика народная терпимость.  Но
тем не  менее  наше тайнобрачие  не  представляет собою  чего-нибудь совершенно
бесшабашного и безнравственного. Напротив, в нем заметаю даже уважение  русского
человека к  границам свободы  в пределах  нравственности и  эстетики. Это  всего
удобнее можно  наблюдать  в  интересной  практике,  которую  выработало  русское
тайнобрачие, до  сих  пор удивительным  образом  пренебрегаемое  исследователями
нашего народного  духа в  самых глубоких  и смелых  его проявлениях.  Между  тем
такое явление,  как  тайнобрачие, более,  чем  многое иное,  открывает  в нашем
народе изобилие здоровых элементов, ручающихся  за его способность к широкому  и
свободному развитию жизни в несколько иных формах.
   За «обилием материалов»,  упорно скопляющихся в  наших повременных  изданиях,
исследованиям такого рода нет еще места, и потому приходится касаться их  только
слегка и издали, и притом по какому попало случаю и в какой попало форме.
   Я расскажу, что мне  известно об этом интересном  предмете, именно по  поводу
свадьбы дяди  Никса, которая,  в  связи с  другим  случаем тайнобрачия  в нашем
литературном   кружке,   дала   мне   возможность   ознакомиться  с удивительным
механизмом этого своеобразного тайностроительства в русской церкви.
   Несколько лет тому назад  мне довелось быть в  одном гостеприимном доме,  где
собралось много разного звания людей.
   Это относилось  уже  к  последнему времени,  которое  некто  удачно называет
временем «реставрации  упадка  нравов». Охота  ко  всякого рода  трактаментам и
прениям тогда уже прошла, и так  называемые образованные люди не находили  более
удовольствия в  обмене  мыслей. Мысли  были  изгнаны  из обращения,  и  все,  от
прыткого поручика до авантажного тайного советника, обратились к  универсальному
русскому средству «убивать  время» —  _сели за  карты_. Литераторы  и ученые  не
отставали от явных поручиков  и тайных советников: и  они садились за  ломберные
столы без всякого  зазрения совести  и резались  с теми  самыми чиновниками,  на
которых недавно еще изливали жгучий яд своих обличительных сарказмов.
   Об эту  пору  литературный  старовер,  не  приручивший  себя  к  картам,  уже
составлял для  хозяев  известное  бремя.  Он это  чувствовал  и,  сознавая  свою
отсталость от  современного  общественного прогресса,  прятался  куда-нибудь  «к
чудакам». Если  же  случай застигал  его  врасплох среди  «новейших»  людей, он
спешил сокращаться и исчезать, не нарушая господствующего строя занятий.
   В таком  положении  очутился  и я  на  том  вечере, с  которого  начинаю  мое
повествование.
   Драгоценными сведениями в области этих не имеющих письменной истории  событий
я   обязан   духовнику   моего   гостеприимного  хозяина, столичному протоиерею,
внушительную фигуру которого описать дано не моему перу.
   Он появился  на  пиршестве как  раз  в то  время, когда  я  собирался оттуда
удалиться восвояси, и был виновником, что мне это не удалось, — о чем я, однако,
не жалею.  Так как  все  столики уже  были заняты  и  для преподобного  отца  не
находилось   пристойной   партии,   то   хозяева   были в затруднении, к чему им
пристроить своего  почтенного духовника,  и  решили принести  ему в  жертву мое
бесприкаянное недостоинство.
   С   этою   целью   меня   немилосердно  придержали и представили протоиерею с
рекламирующею аттестациею, как автора «дьякона Ахилки».
   Но преподобный отец сначала был неутешен: подав мне руку, он поправил у себя
на груди важные кавалерии и обратился к хозяевам с словами горького упрека:
   — Ахилку мы читали,  и кто оного  автор — знаем, а  чтобы своего духовного  и
венчального отца  в святой  день  без пульки  оставить,  так это  можно сделать
только совсем забывши закон и религию.
   Но, однако, потом дело обошлось, и притом к неописанному моему  удовольствию,
потому что я встретил в отце протоиерее человека чрезвычайно приятного:  умного,
доброго и большого практика.
   Как только хозяева  устроили его  за одним  столом «в  м_о_тью», он  перестал
негодовать и, усевшись в мягком кресле, позволил мне заговорить с ним об одном,
некогда сильно меня интересовавшем, церковном деле.
   Поводом к  развившейся у  нас интересной  беседе послужило  одно  чрезвычайно
казусное событие, о  котором в свое  время много говорили в  русской печати, но
никогда не  коснулись того,  что в  этом было  самого возмутительного  и  самого
интересного и прямо било в глаза.
   Один довольно известный  в свое время  литератор принимал к себе  в дом тоже
довольно известного педагога. Они были  друзья, но потом поссорились, и  педагог
поступил непедагогично:  он сделал  на своего  гостеприимного товарища  донос  с
целью доказать, что  особа, почитаемая  за жену  этого писателя,  совсем ему  не
жена, и дети их не могут считаться детьми признающего их отца.
   Ежедневные газеты  занимались  этим делом  с  одной общедоступной  стороны —
именно, со  стороны  «скандала  в  благородном  семействе»,  и  притом  в  таком
семействе, глава которого принадлежал не к фаворитному из тогдашних направлений.
Более достойного внимания в этом деле  печать ничего не усмотрела, но я позволю
себе теперь, в  запоздалый след,  указать то,  что тут  составляло самый  важный
интерес и было пропущено.
   Супружество, о  котором  сделал  донос  педагог,  действительно  было  не  из
законных, но оно, во всяком деле,  было супружество венчанное, или, как  говорят
иные, «в  церкви петое».  А между  тем когда,  вследствие доноса,  представилась
надобность доказать венчание, то  об этом нигде не  оказалось никаких записей  и
никакого следа.

. . .

Скачать и прочитать весь текст - 37,5 Кб в zip-архиве

Юридические услуги - регистрация ООО, ИП, фирм, предприятий в Санкт-Петербурге

Трудовая миграция, патенты, разрешения на работу, регистрация иностранцев, приглашения и визы в Россию

Бюро переводов - переводы документов с/на иностранные языки. Апостиль.

 
 
Поделитесь с друзьями ссылкой на эту страницу:

ГлавнаяРегистрация фирм и ИПМиграция, визыБухгалтерияУслуги гражданамБюро переводовПечатиЭлектроизмеренияКонтакты

© "Петролекс" 1996 - 2017   Рейтинг@Mail.ru