Юридическая компания "Петролекс"Юридические и деловые услуги
  БИБЛИОТЕКА КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 
библиотека проза поэзия религия наука, образование словари, энциклопедии юмор разное отдохнем от дел Петролекс

Лесков Николай Семенович. Очарованный странник

ГЛАВА ПЕРВАЯ
   Мы плыли по Ладожскому озеру от острова Коневца к Валааму* и на  пути
зашли по корабельной надобности в пристань к Кореле. Здесь многие из нас
полюбопытствовали сойти на берег и съездили на бодрых чухонских лошадках
в пустынный городок. Затем капитан изготовился  продолжать  путь,  и  мы
снова отплыли.
   После посещения Корелы весьма естественно, что  речь  зашла  об  этом
бедном, хотя и чрезвычайно старом  русском  поселке,  грустнее  которого
трудно что-нибудь выдумать. На судне все разделяли это мнение, и один из
пассажиров, человек, склонный к философским  обобщениям  и  политической
шутливости, заметил, что он никак не может понять: для чего это  неудоб-
ных в Петербурге людей принято отправлять куда-нибудь в более или  менее
отдаленные места, отчего, конечно, происходит убыток казне на их провоз,
тогда как тут же, вблизи столицы, есть на Ладожском берегу такое превос-
ходное место, как Корела, где любое вольномыслие и свободомыслие не  мо-
гут устоять перед апатиею населения и ужасною  скукою  гнетущей,  скупой
природы.
   - Я уверен, - сказал этот путник, - что в настоящем случае непременно
виновата рутина или в крайнем случае, может быть, недостаток  подлежащих
сведений.
   Кто-то часто здесь путешествующий ответил на это, что будто  и  здесь
разновременно живали какие-то изгнанники, но только все они недолго буд-
то выдерживали.
   - Один молодец из семинаристов сюда за грубость в дьячки был  прислан
(этого рода ссылки я уже и понять не мог). Так, приехавши сюда, он долго
храбрился и все надеялся какое-то судбище поднять; а  потом  как  запил,
так до того пил, что совсем с ума сошел и послал  такую  просьбу,  чтобы
его лучше как можно скорее велели "расстрелять или в солдаты  отдать,  а
за неспособностью повесить".
   - Какая же на это последовала резолюция?
   - М... н... не знаю, право; только он все  равно  этой  резолюции  не
дождался: самовольно повесился.
   - И прекрасно сделал, - откликнулся философ.
   - Прекрасно? - переспросил рассказчик, очевидно купец, и притом чело-
век солидный и религиозный.
   - А что же? по крайней мере, умер, и концы в воду.
   - Как же концы в воду-с? А на том свете что  ему  будет?  Самоубийцы,
ведь они целый век будут мучиться. За них даже и молиться никто  не  мо-
жет.
   Философ ядовито улыбнулся, но ничего не ответил, но зато и против не-
го и против купца выступил новый оппонент,  неожиданно  вступившийся  за
дьячка, совершившего над собою смертную казнь без разрешения начальства.
   Это был новый пассажир, который ни для кого из нас не заметно  присел
с Коневца. Од до сих пор молчал, и на него  никто  не  обращал  никакого
внимания, но теперь все на него оглянулись, и, вероятно, все подивились,
как он мог до сих пор оставаться незамеченным. Это был человек огромного
роста, с смуглым открытым лицом и густыми волнистыми волосами свинцового
цвета: так странно отливала его проседь. Он был одет в послушничьем под-
ряснике с широким монастырским ременным поясом и в высоком черном сукон-
ном колпачке. Послушник он был иди постриженный монах* - этого  отгадать
было невозможно, потому что монахи ладожских островов не только в  путе-
шествиях, но и на самых островах  не  всегда  надевают  камилавки,  а  в
сельской простоте ограничиваются колпачками. Этому новому нашему  сопут-
нику, оказавшемуся впоследствии чрезвычайно интересным человеком, по ви-
ду можно было дать с небольшим лет за пятьдесят;  но  он  был  в  полном
смысле слова богатырь, и притом типический, простодушный, добрый русский
богатырь, напоминающий дедушку Илью Муромца в прекрасной картине Вереща-
гина и в поэме графа А. К. Толстого*. Казалось, что ему бы  не  в  ряске
ходить, а сидеть бы ему на "чубаром" да ездить в лаптищах по лесу и  ле-
ниво нюхать, как "смолой и земляникой пахнет темный бор".
   Но, при всем этом добром простодушии, не  много  надо  было  наблюда-
тельности, чтобы видеть в нем человека много видевшего и, что  называет-
ся, "бывалого". Он держался смело, самоуверенно, хотя и  без  неприятной
развязности, и заговорил приятным басом с повадкою.
   - Это все ничего не значит, - начал он, лениво и мягко выпуская слово
за словом из-под густых, вверх, по-гусарски, закрученных седых  усов.  -
Я, что вы насчет того света для самоубийцев говорите, что они будто  ни-
когда не простятся, не приемлю. И что за них будто некому молиться - это
тоже пустяки, потому что есть такой человек, который  все  их  положение
самым легким манером очень просто может поправить.
   Его спросили: кто же это такой человек, который ведает  и  исправляет
дела самоубийц, после их смерти?
   - А вот кто-с, - отвечал богатырь-черноризец,  -  есть  в  московской
епархии* в одном селе попик - прегорчающий пьяница, которого  чуть  было
не расстригли, - так он ими орудует.
   - Как же вам это известно?
   - А помилуйте-с, это не я один знаю, а все в московском округе про то
знают, потому что это дело шло через самого высокопреосвященного  митро-
полита Филарета.
   Вышла маленькая пауза, и кто-то сказал, что все это  довольно  сомни-
тельно.
   Черноризец нимало не обиделся этим замечанием и отвечал:
   - Да-с, оно по первому взгляду так-с, сомнительно-с. И что тут удиви-
тельного, что оно нам сомнительным кажется, когда даже сами его высокоп-
реосвященство долго этому не верили, а потом, получив верные тому  дока-
зательства, увидали, что нельзя этому не верить, и поверили?
   Пассажиры пристали к иноку с просьбою рассказать эту дивную  историю,
и он от этого не отказался и начал следующее:
   - Повествуют так, что пишет будто бы раз один благочинный  высокопре-
освященному владыке, что будто бы, говорит, так и так, этот попик  ужас-
ная пьяница, - пьет вино и в приходе не годится. И оно,  это  донесение,
по одной сущности было справедливо. Владыко и велели прислать к ним это-
го попика в Москву. Посмотрели на него и видят, что  действительно  этот
попик запивашка, и решили, что быть ему без места. Попик огорчился и да-
же перестал пить, и все убивается и оплакивает: "До чего, думает, я себя
довел, и что мне теперь больше делать, как не руки на себя наложить? Это
одно, говорит, мне только и осталося: тогда, по  крайней  мере,  владыка
сжалятся над моею несчастною семьею и дочери жениха дадут, чтобы  он  на
мое место заступил семью мою питал". Вот и хорошо: так он порешил насто-
ятельно себя кончить и день к тому определил, но только как был он чело-
век доброй души, то подумал: "Хорошо же; умереть-то я, положим, умру,  а
ведь я не скотина: я не без души, - куда потом моя душа пойдет?" И  стал
он от этого часу еще больше скорбеть. Ну, хорошо: скорбит он и  скорбит,
а владыко решили, что быть ему за его пьянство без места, и легли однаж-
ды после трапезы на диванчик с книжкой отдохнуть и заснули. Ну,  хорошо:
заснули они или этак только воздремали, как вдруг видят, будто к  ним  в
келию двери отворяются. Они и окликнули: "Кто там?" - потому что думали,
будто служка им про кого-нибудь  доложить  пришел;  ан,  вместо  служки,
смотрят - входит старец, добрый-предобрый, и владыко его сейчас  узнали,
что это преподобный Сергий*.
   Владыка и говорят:
   "Ты ли это, пресвятой отче Сергие?"

. . .

Скачать и прочитать весь текст - 116 Кб в zip-архиве

Юридические услуги - регистрация ООО, ИП, фирм, предприятий в Санкт-Петербурге

Трудовая миграция, патенты, разрешения на работу, регистрация иностранцев, приглашения и визы в Россию

Бюро переводов - переводы документов с/на иностранные языки. Апостиль.

 
 
Поделитесь с друзьями ссылкой на эту страницу:

ГлавнаяРегистрация фирм и ИПМиграция, визыБухгалтерияУслуги гражданамБюро переводовПечатиЭлектроизмеренияКонтакты

© "Петролекс" 1996 - 2017   Рейтинг@Mail.ru