Юридическая компания "Петролекс"Юридические и деловые услуги
  БИБЛИОТЕКА КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 
библиотека проза поэзия религия наука, образование словари, энциклопедии юмор разное отдохнем от дел Петролекс

Лесков Николай Семенович. Дурачок

   Рассказ
   Кого надо считать  дураком? Кажется, будто  это всякий знает,  а если  начать
сверять, как  кто  это  понимает,  то  и  выйдет,  что  все  понимают  о  дураке
неодинаково. По  академическому словарю,  где каждое  слово растолковано  в  его
значении, изъяснено  так,  что «дурак  —  слабоумный человек,  глупый, лишенный
рассудка, безумный, шут…». В  подкрепление такого толкования приведен  словесный
пример: «Он  был и  будет дурак  дураком». «Дурачок  — смягчение  слова  дурак».
Ученее этого  объяснения уже  и искать  нечего, а  между тем  в жизни  случается
встречать таких дураков  или дурачков, которым  эта кличка дана,  но они,  между
тем, не безумны, не глупы и ничего шутовского из себя не представляют… Это  люди
любопытные, и про одного такого я здесь и расскажу.
   Был у  нас  в  деревне  безродный  крепостной  мальчик  Панька.  Рос  он  при
господском дворе, ходил  в том, что  ему давали,  а ел на  застольщине вместе  с
коровницею и с ее  детьми. Должность у него  была такая, чтобы «всем  помогать»;
это значило, что все  должностные люди в усадьбе  имели право заставлять  Паньку
делать за них  всякую работу, и  он, бывало, беспрестанно  работает. Как  сейчас
его помню:  бывало, зимою,  — у  нас зимы  бывают лютые,  — когда  мы встанем  и
подбежим к  окнам, Панька  уже везет  на себе,  изогнувшись, большие  салазки  с
вязанками сена,  соломы  и с  плетушками  колоса  и другого  мелкого  корма  для
скотины и птиц. Мы  встаем, а он  уже наработался, и редко  увидишь его, что  он
присядет в скотной избе  и ест краюшку хлебца,  а запивает водою из  деревянного
ковшика.
   Спросишь его, бывало:
   — Что ты, Паня, один сухой хлеб жуешь?
   А он шутя отвечает:
   — Как так «с ухой»? — он, гляди-ко, с чистой водицею.
   — А ты бы еще чего-нибудь попросил: капустки, огурца или картошечки!
   А Паня головой мотнет и отвечает:
   — Ну, вот еще чего!.. Я и так наелся, — слава те Господи!
   Подпояшется и опять на двор  идет таскать то одно,  то другое. Работа у него
никогда не  переводилась, потому  что все  его заставляли  помогать себе.  Он  и
конюшни, и  хлева чистил,  и скоту  корм задавал,  и овец  на водопой  гонял,  а
вечером, бывало, еще  себе и другим  лапти плетет, и ложился  он, бывало, позже
всех, а вставал раньше всех до света  и одет был всегда очень плохо и  скаредно.
И его, бывало, никто и не жалеет, а все говорят:
   — Ему ведь ничего, — он дурачок.
   — А чем же он дурачок?
   — Да всем…
   — А например?
   — Да что  за пример! —  вон коровница-то  все огурцы и  картошки своим  детям
отдает, а он, хоть бы что ему… и не просит у них, и на них не жалуется. Дурак!
   Мы, дети, не могли хорошо в этом  разобраться, и хоть глупостей от Паньки  не
слыхали, и  даже  видели от  него  ласку, потому  что он  делал  нам игрушечные
мельницы и  туезочки из  бересты,  — однако  и мы,  как  все в  доме,  одинаково
говорили, что Панька  дурачок, и  никто против этого  не спорил,  а скоро  вышел
такой случай, что об этом уже и нельзя стало спорить.
   Был у нас  нанят строгий-престрогий  управитель, и  любил он  за всякую  вину
человека наказывать.  Едет,  бывало,  на  беговых дрожках  и  по  всем  сторонам
смотрит: нет ли где какой неисправности? И если заметит что-нибудь в  беспорядке
— сейчас же остановится, подзовет виноватого и приказывает:
   — Ступай  сейчас в  контору и  скажи моим  именем старосте,  чтобы дали  тебе
двадцать пять розог; а если слукавишь — я тебе вечером при себе велю вдвое дать.
   Прощенья у него уж и не смели просить,  потому что он этого терпеть не мог  и
еще прибавлял наказание.
   Вот раз. летом, едет этот управляющий и видит, что в молодых хлебах жеребята
ходят и  не  столько  зелени  рвут,  сколько ее  топчут  и  копытами  с  корнями
выколупывают…
   Управитель и расшумелся.
   А жеребят в этот год был приставлен стеречь мальчик Петруша, — сын той  самой
Арины-коровницы, которая Паньке  картошек жалела,  а все  своим детям  отдавала.
Петруша этот имел в ту пору лет  двенадцать и был телом много помельче Паньки  и
понежнее, за  это его  и дразнили  «творожничком»  — словом,  он был  мальчик  у
матери избалованный и на работу слабый, а на расправу жидкий. Выгнал он жеребят
рано утром «на росу», и  стало его знобить, а он  сел да укрылся свиткою, и  как
согрелся, то на него нашел сон — он и  заснул, а жеребятки в это время в хлеб  и
взошли.
   Управитель, как увидал это, так сейчас стегнул Петю и говорит:
   — Пусть Панька пока и за своим, и  за твоим делом посмотрит, а ты сейчас  иди
в разрядную контору и скажи выборному, чтобы он тебе двадцать розог дал; а  если
это до моего возвращенья домой не исполнишь, то я при себе тогда тебе вдвое дам.
Сказал это и уехал.
   А Петруша так и  залился слезами. Весь трясется,  потому что никогда его  еще
розгами не наказывали, и говорит он Паньке:
   — Брат милый, Панюшка, очень страшно мне… скажи, как мне быть?
   А Панька его по головке погладил и говорит:
   — И мне тоже страшно было… Что с этим делать-то… Христа били…

. . .

Скачать и прочитать весь текст - 6,24 Кб в zip-архиве

Юридические услуги - регистрация ООО, ИП, фирм, предприятий в Санкт-Петербурге

Трудовая миграция, патенты, разрешения на работу, регистрация иностранцев, приглашения и визы в Россию

Бюро переводов - переводы документов с/на иностранные языки. Апостиль.

 
 
Поделитесь с друзьями ссылкой на эту страницу:

ГлавнаяРегистрация фирм и ИПМиграция, визыБухгалтерияУслуги гражданамБюро переводовПечатиЭлектроизмеренияКонтакты

© "Петролекс" 1996 - 2017   Рейтинг@Mail.ru