Юридическая компания "Петролекс"Юридические и деловые услуги
  БИБЛИОТЕКА КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 
библиотека проза поэзия религия наука, образование словари, энциклопедии юмор разное отдохнем от дел Петролекс

Дюма Александр. Три мушкетера (часть 1)

   Перевод В. Вальдман (ч.I, гл.1-XXI), Д. Лившиц (ч.I, гл.XXII-ХХХ).
   А.Дюма. Собрание сочинений, т.1
   М., Правда, 1991, сс. 19-317
   В квадратных скобках [] номер страницы.
   Номер страницы предшествует странице.
   В круглых скобках () номера подстраничных примечаний переводчиков.
   ОГЛАВЛЕНИЕ
   
   Предисловие автора
   Часть первая
   I. Три дара господина д'Артаньяна-отца
   II. Приемная господина де Тревиля
   III. Аудиенция
   IV. Плечо Атоса, перевязь Портоса и платок Арамиса
   V. Королевские мушкетеры и гвардейцы господина кардинала
   VI. Его величество король Людовик Тринадцатый
   VII. Мушкетеры у себя дома
   VIII. Придворная интрига
   IX. Характер д'Артаньяна вырисовывается
   X. Мышеловка в семнадцатом веке
   XI. Интрига завязывается
   XII. Джордж Вилльерс, герцог Бекингэмский
   XIII. Господин Бонасье
   XIV. Незнакомец из Менга
   XV. Военные и судейские
   XVI. О том, как канцлер  Сегье не мог найти  колокола, чтобы ударить в него,
по своему обыкновению
   XVII. Супруги Бонасье
   XVIII. Любовник и муж
   XIX. План кампании
   XX. Путешествие
   XXI. Графиня Винтер
   XXII. Мерлезонский балет
   XXIII. Свидание
   XXIV Павильон
   XXV. Портос
   XXVI. Диссертация Арамиса
   XXVII. Жена Атоса
   XXVIII. Возвращение
   XXIX. Погоня за снаряжением
   XXX. Миледи
   [19]
   ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА,
   где устанавливается,  что в  героях  повести, которую  мы будем  иметь честь
рассказать   нашим   читателям,   нет   ничего  мифологического, хотя имена их и
оканчиваются на "ос" и "ис".
   Примерно год тому назад, занимаясь в Королевской библиотеке разысканиями  для
моей истории Людовика XIV, я случайно напал на "Воспоминания г-на  д'Артаньяна",
напечатанные   -   как   большинство   сочинений   того   времени, когда авторы,
стремившиеся говорить правду,  не хотели  отправиться затем на  более или  менее
длительный срок в  Бастилию, - в  Амстердаме у Пьера  Ружа. Заглавие  соблазнило
меня; я унес эти мемуары  домой, разумеется, с позволения хранителя  библиотеки,
и жадно на них набросился.
   Я не собираюсь подробно  разбирать здесь это  любопытное сочинение, а только
посоветую ознакомиться с ним  тем моим читателям,  которые умеют ценить картины
прошлого. Они найдут  в этих  мемуарах портреты, набросанные  рукой мастера,  и,
хотя эти беглые зарисовки в большинстве  случаев сделаны на дверях казармы и на
стенах кабака, читатели  тем не менее  узнают в них  изображения Людовика  XIII,
Анны   Австрийской,   Ришелье,   Мазарини   и   многих  придворных того времени,
изображения столь же верные, как в истории г-на Анкетиля.
   Но, как  известно, прихотливый  ум  писателя иной  раз  волнует то,  чего не
замечают   широкие   круги   читателей.   Восхищаясь,   как, без сомнения, будут
восхищаться и Другие,  уже отмеченными  здесь достоинствами  мемуаров, мы  были,
однако, больше всего поражены  одним обстоятельством, на  которое никто до нас,
наверное, не обратил ни малейшего внимания.
   Д'Артаньян рассказывает, что, когда он впервые явился к капитану  королевских
мушкетеров г-ну  де Тревилю,  он встретил  в его  приемной трех  молодых  людей,
служивших   в   том   прославленном   полку,   куда  сам он добивался чести быть
зачисленным, и что их звали Атос, Портос и Арамис.
   Признаемся, чуждые нашему слуху имена поразили нас, и нам сразу пришло на ум,
что это всего лишь псевдони-
   [20]
   мы, под которыми д'Артаньян скрыл имена, быть может, знаменитые, если  только
носители этих прозвищ не выбрали их сами в тот день, когда из прихоти, с  досады
или же по бедности они надели простой мушкетерский плащ.
   С тех пор  мы не  знали покоя, стараясь  отыскать в  сочинениях того  времени
хоть какой-нибудь  след этих  необыкновенных имен,  возбудивших в  нас  живейшее
любопытство.
   Один только перечень книг, прочитанных нами  с этой целью, составил бы  целую
главу, что, пожалуй,  было бы  очень поучительно,  но вряд  ли занимательно  для
наших читателей.  Поэтому мы  только скажем  им, что  в ту  минуту, когда,  упав
духом от  столь длительных  и  бесплодных усилий,  мы  уже решили  бросить наши
изыскания, мы нашли наконец, руководствуясь советами нашего знаменитого  ученого
Друга Полена Париса, рукопись,  помеченную № 4772 или  4773, не помним точно,  и
озаглавленную:
   "Воспоминания графа де Ла Фер о некоторых событиях, происшедших во Франции  к
концу царствования короля Людовика XIII и в начале царствования короля  Людовика
XIV".
   Можно представить себе,  как велика  была наша  радость, когда,  перелистывая
эту рукопись, нашу последнюю  надежду, мы обнаружили  на двадцатой странице имя
Атоса, на двадцать седьмой - имя Портоса, а на тридцать первой - имя Арамиса.
   Находка совершенно  неизвестной рукописи  в такую  эпоху, когда  историческая
наука   достигла   столь   высокой   степени  развития, показалась нам чудом. Мы
поспешили испросить  разрешения  напечатать  ее, чтобы  явиться  когда-нибудь  с
чужим багажом в Академию Надписей и  Изящной Словесности, если нам не удастся -
что   весьма   вероятно   -   быть   принятыми  во Французскую академию со своим
собственным.
   Такое разрешение, считаем своим  долгом сказать это,  было нам любезно дано,
что   мы   и   отмечаем   здесь,   дабы  гласно уличить во лжи недоброжелателей,
утверждающих,   будто   правительство,   при   котором   мы   живем, не очень-то
расположено к литературе.
   Мы предлагаем сейчас вниманию наших  читателей первую часть этой  драгоценной
рукописи, восстановив  подобающее  ей заглавие,  и  обязуемся, если  эта первая
часть будет  иметь  тот  успех, которого  она  заслуживает  и в  котором  мы  не
сомневаемся, немедленно опубликовать и вторую.
   А пока  что,  так  как  восприемник  является  вторым  отцом,  мы  приглашаем
читателя видеть в нас, а не в графе де Ла Фер, источник своего удовольствия  или
скуки.
   Итак, мы переходим к нашему повествованию.
   [21]
   ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
   I
   ТРИ ДАРА ГОСПОДИНА Д'АРТАНЬЯНА-ОТЦА
   В первый  понедельник  апреля 1625  года  все население  городка  Менга, где
некогда родился  автор  "Романа  о розе",  казалось  взволнованным  так, словно
гугеноты собирались превратить  его во  вторую Ла-Рошель.  Некоторые из  горожан
при виде  женщин,  бегущих  в  сторону  Главной  улицы,  и  слыша  крики  детей,
доносившиеся   с   порога   домов,   торопливо надевали доспехи, вооружались кто
мушкетом,   кто   бердышом,   чтобы   придать   себе   более мужественный вид, и
устремлялись к гостинице  "Вольный мельник", перед  которой собиралась густая и
шумная толпа любопытных, увеличивавшаяся с каждой минутой.
   В те времена  такие волнения  были явлением обычным,  и редкий  день тот  или
иной город не  мог занести  в свои  летописи подобное  событие. Знатные  господа
сражались друг  с другом;  король  воевал с  кардиналом;  испанцы вели  войну с
королем. Но, кроме этой борьбы - то тайной, то явной, то скрытой, то открытой, -
были еще и  воры, и  нищие, и  гугеноты, бродяги  и слуги,  воевавшие со всеми.
Горожане вооружались против воров, против бродяг, против слуг, нередко -  против
владетельных вельмож, время от времени - против короля, но против кардинала  или
испанцев - никогда.  Именно в  силу этой закоренелой  привычки в  вышеупомянутый
первый понедельник апреля 1625 года горожане,  услышав шум и не узрев ни желто-
красных значков, ни ливрей  слуг герцога де Ришелье,  устремились к гостинице  "
Вольный мельник".
   И только там для всех стала ясна причина суматохи.
   Молодой человек... Постараемся  набросать его портрет:  представьте себе  Дон
Кихота в восемнадцать лет. Дон Кихота  без доспехов, без лат и набедренников, в
шерстяной куртке,  синий цвет  которой приобрел  оттенок средний  между рыжим  и
небесно-голубым.   Продолговатое   смуглое   лицо;   выдающиеся  скулы - признак
хитрости; челюстные мышцы чрезмерно развитые - неотъемлемый
   [22]
   признак, по которому можно  сразу определить гасконца, даже  если на нем  нет
берета, -  а молодой  человек был  в берете,  украшенном подобием  пера;  взгляд
открытый и умный;  нос крючковатый,  но тонко очерченный;  рост слишком  высокий
для юноши и недостаточный для зрелого мужчины. Неопытный человек мог бы  принять
его за  пустившегося  в путь  фермерского  сына, если  бы не  длинная  шпага на
кожаной портупее,  бившая по  ногам своего  владельца, когда  он шел  пешком,  и
ерошившая гриву его коня, когда он ехал верхом.
   Ибо у нашего молодого  человека был конь, и  даже столь замечательный, что  и
впрямь был  всеми  замечен. Это  был  беарнский мерин  лет двенадцати,  а  то и
четырнадцати от  роду,  желтовато-рыжей масти,  с  облезлым хвостом  и опухшими
бабками. Конь этот, хоть  и трусил, опустив голову  ниже колен, что  освобождало
всадника от необходимости натягивать  мундштук, все же  способен был покрыть за
день расстояние в восемь  миль. Эти качества коня  были, к несчастью,  настолько
заслонены его нескладным  видом и странной  окраской, что в те  годы, когда все
знали толк в лошадях, появление вышеупомянутого беарнского мерина в Менге,  куда
он   вступил   с   четверть   часа   назад через ворота Божанси, произвело столь
неблагоприятное впечатление, что набросило тень даже и на самого всадника.
   Сознание этого  тем острее  задевало молодого  д'Артаньяна (так  звали  этого
нового Дон Кихота, восседавшего  на новом Росинанте), что  он не пытался  скрыть
от себя,  насколько  он  - каким  бы  хорошим  наездником он  ни  был  -  должен
выглядеть смешным на  подобном коне.  Недаром он  оказался не  в силах  подавить
тяжелый вздох, принимая этот дар от  д'Артаньяна-отца. Он знал, что цена  такому
коню самое  большее двадцать  ливров. Зато  нельзя отрицать,  как бесценны  были
слова, сопутствовавшие этому дару.
   - Сын мой! - произнес гасконский дворянин с тем чистейшим беарнским акцентом,
от которого Генрих  IV не мог  отвыкнуть до конца  своих дней. -  Сын мой,  конь
этот увидел свет в доме вашего отца  лет тринадцать назад и все эти годы  служил
нам верой и правдой,  что должно расположить  вас к нему.  Не продавайте его  ни
при каких обстоятельствах, дайте  ему в почете и  покое умереть от старости.  И,
если вам  придется пуститься  на  нем в  поход, щадите  его,  как вы  щадили  бы
старого слугу. При дворе, - продолжал  д'Артаньян-отец, - в том случае, если вы
будете там  приняты, на  что, впрочем,  вам дает  право древность  вашего  рода,
поддерживайте ради себя самого и  ваших близких честь вашего дворянского  имени,
которое более пяти столетий с достоинством носили ваши предки.

. . .

Скачать и прочитать весь текст - 456 Кб в zip-архиве

Юридические услуги - регистрация ООО, ИП, фирм, предприятий в Санкт-Петербурге

Трудовая миграция, патенты, разрешения на работу, регистрация иностранцев, приглашения и визы в Россию

Бюро переводов - переводы документов с/на иностранные языки. Апостиль.

 
 
Поделитесь с друзьями ссылкой на эту страницу:

ГлавнаяРегистрация фирм и ИПМиграция, визыБухгалтерияУслуги гражданамБюро переводовПечатиЭлектроизмеренияКонтакты

© "Петролекс" 1996 - 2017   Рейтинг@Mail.ru