Юридическая компания "Петролекс"Юридические и деловые услуги
  БИБЛИОТЕКА КЛАССИЧЕСКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
 
библиотека проза поэзия религия наука, образование словари, энциклопедии юмор разное отдохнем от дел Петролекс

Достоевский Федор Михайлович. Белые ночи

   Сентиментальный роман
 Из воспоминаний мечтателя
   ...Иль был он создан для того,
   Чтобы побыть хотя мгновенье
   В соседстве сердца твоего?..
Ив. Тургенев

НОЧЬ ПЕРВАЯ
 Была чудная ночь, такая ночь, которая разве только и может быть тогда,
когда мы молоды, любезный читатель. Небо было такое звездное, такое светлое
небо, что, взглянув на него, невольно нужно было спросить себя: неужели же
могут жить под таким небом разные сердитые и капризные люди? Это тоже
молодой вопрос, любезный читатель, очень молодой, но пошли его вам господь
чаще на душу!.. Говоря о капризных и разных сердитых господах, я не мог не
припомнить и своего благонравного поведения во весь этот день. С самого
утра меня стала мучить какая-то удивительная тоска. Мне вдруг показалось,
что меня, одинокого, все покидают и что все от меня отступаются. Оно,
конечно, всякий вправе спросить: кто ж эти все? потому что вот уже восемь
лет, как я живу в Петербурге, и почти ни одного знакомства не умел завести.
Но к чему мне знакомства? Мне и без того знаком весь Петербург; вот почему
мне и показалось, что меня все покидают, когда весь Петербург поднялся и
вдруг уехал на дачу. Мне страшно стало оставаться одному, и целых три дня я
бродил по городу в глубокой тоске, решительно не понимая, что со мной
делается. Пойду ли на Невский, пойду ли в сад, брожу ли по набережной - ни
одного лица из тех, кого привык встречать в том же месте, в известный час,
целый год. Они, конечно, не знают меня, да я-то их знаю. Я коротко их знаю;
я почти изучил их физиономии - и любуюсь на них, когда они веселы, и
хандрю, когда они затуманятся. Я почти свел дружбу с одним старичком,
которого встречаю каждый божий день, в известный час, на Фонтанке.
Физиономия такая важная, задумчивая; все шепчет под нос и махает левой
рукой, а в правой у него длинная сучковатая трость с золотым набалдашником.
Даже он заметил меня и принимает во мне душевное участие. Случись, что я не
буду в известный час на том же месте Фонтанки, я уверен, что на него
нападет хандра. Вот отчего мы иногда чуть не кланяемся друг с другом,
особенно когда оба в хорошем расположении духа. Намедни, когда мы не
видались целые два дня и на третий день встретились, мы уже было и
схватились за шляпы, да благо опомнились во-время, опустили руки и с
участием прошли друг подле друга. Мне тоже и дома знакомы. Когда я иду,
каждый как будто забегает вперед меня на улицу, глядит на меня во все окна
и чуть не говорит: "Здравствуйте; как ваше здоровье? и я, слава богу,
здоров, а ко мне в мае месяце прибавят этаж". Или: "Как ваше здоровье? а
меня завтра в починку". Или: "Я чуть не сгорел и притом испугался" и т. д.
Из них у меня есть любимцы, есть короткие приятели; один из них намерен
лечиться это лето у архитектора. Нарочно буду заходить каждый день, чтоб не
залепили как-нибудь, сохрани его господи!.. Но никогда не забуду истории с
одним прехорошеньким светло-розовым домиком. Это был такой миленький
каменный домик, так приветливо смотрел на меня, так горделиво смотрел на
своих неуклюжих соседей, что мое сердце радовалось, когда мне случалось
проходить мимо. Вдруг, на прошлой неделе, я прохожу по улице и, как
посмотрел на приятеля - слышу жалобный крик: "А меня красят в желтую
краску!" Злодеи! варвары! они не пощадили ничего: ни колонн, ни карнизов, и
мой приятель пожелтел, как канарейка. У меня чуть не разлилась желчь по
этому случаю, и я еще до сих пор не в силах был повидаться с изуродованным
моим бедняком, которого раскрасили под цвет поднебесной империи.
 Итак, вы понимаете, читатель, каким образом я знаком со всем
Петербургом.
 Я уже сказал, что меня целые три дня мучило беспокойство, покамест я
догадался о причине его. И на улице мне было худо (того нет, этого нет,
куда делся такой-то?) - да и дома я был сам не свой. Два вечера добивался
я: чего недостает мне в моем углу? отчего так неловко было в нем
оставаться? - и с недоумением осматривал я свои зеленые закоптелые стены,
потолок, завешанный паутиной, которую с большим успехом разводила Матрена,
пересматривал всю свою мебель, осматривал каждый стул, думая, не тут ли
беда? (потому что коль у меня хоть один стул стоит не так, как вчера стоял,
так я сам не свой) смотрел за окно, и все понапрасну... нисколько не было
легче! Я даже вздумал было призвать Матрену и тут же сделал ей отеческий
выговор за паутину и вообще за неряшество; но она только посмотрела на меня
в удивлении и пошла прочь, не ответив ни слова, так что паутина еще до сих
пор благополучно висит на месте. Наконец я только сегодня поутру догадался,
в чем дело. Э! да ведь они от меня удирают на дачу! Простите за тривиальное
словцо, но мне было не до высокого слога... потому что ведь все, что только
ни было в Петербурге, или переехало, или переезжало на дачу; потому что
каждый почтенный господин солидной наружности, нанимавший извозчика, на
глаза мои тотчас же обращался в почтенного отца семейства, который после
обыденных должностных занятий отправляется налегке в недра своей фамилии,
на дачу; потому что у каждого прохожего был теперь уже совершенно особый
вид, который чуть-чуть не говорил всякому встречному: "Мы, господа, здесь
только так, мимоходом, а вот через два часа мы уедем на дачу". Отворялось
ли окно, по которому побарабанили сначала тоненькие, белые, как сахар,
пальчики, и высовывалась головка хорошенькой девушки, подзывавшей
разносчика с горшками цветов, - мне тотчас же, тут же представлялось, что
эти цветы только так покупаются, то есть вовсе не для того, чтоб
наслаждаться весной и цветами в душной городской квартире, а что вот очень
скоро все переедут на дачу и цветы с собою увезут. Мало того, я уже сделал
такие успехи в своем новом, особенном роде открытий, что уже мог
безошибочно, по одному виду, обозначить, на какой кто даче живет. Обитатели
Каменного и Аптекарского островов или Петергофской дороги отличались
изученным изяществом приемов, щегольскими летними костюмами и прекрасными
экипажами, в которых они приехали в город. Жители Парголова и там, где
подальше, с первого взгляда "внушали" своим благоразумием и солидностью;
посетитель Крестовского острова отличался невозмутимо-веселым видом.

. . .

Скачать и прочитать весь текст - 43,4 Кб в zip-архиве

Юридические услуги - регистрация ООО, ИП, фирм, предприятий в Санкт-Петербурге

Трудовая миграция, патенты, разрешения на работу, регистрация иностранцев, приглашения и визы в Россию

Бюро переводов - переводы документов с/на иностранные языки. Апостиль.

 
 
Поделитесь с друзьями ссылкой на эту страницу:

ГлавнаяРегистрация фирм и ИПМиграция, визыБухгалтерияУслуги гражданамБюро переводовПечатиЭлектроизмеренияКонтакты

© "Петролекс" 1996 - 2017   Рейтинг@Mail.ru